Домашний арест главреда КазТАГ Амира Касенова остается в силе
Алмалинский районный суд города Алматы выступил с заявлением относительно статуса меры пресечения главного редактора информационного агентства КазТАГ Амира Касенова, сообщает prosud.kz.
Суд опроверг публичные заявления журналиста о том, что он якобы на законных основаниях освободился из-под домашнего ареста из-за истечения сроков.
Поводом стали посты Амира Касенова в средствах массовой информации и социальных сетях. Журналист публично заявил, что срок действия назначенной ему ранее меры пресечения официально истек, в связи с чем наложенные ограничения больше не действуют.
Алмалинский районный суд провел кадровый и юридический аудит материалов дела и назвал эти заявления недостоверными. Судьи пояснили, что подсудимый и его защита неверно истолковали нормы Уголовно-процессуального кодекса РК при переходе дела со стадии следствия в судебное русло.
Судебная администрация разъяснила порядок назначения ограничений на этапе главного судебного разбирательства. Согласно ст. 319 УПК РК, как только уголовное дело официально поступает в канцелярию суда, судья обязан одновременно рассмотреть вопрос о мере пресечения для всех фигурантов процесса.
5 июня судья Алмалинского районного суда принял официальное процессуальное решение по поступившему делу. Суд оставил ранее избранную меру пресечения в виде домашнего ареста без каких-либо изменений.
Таким образом, заявления главреда об освобождении полностью противоречат содержанию действующего судебного акта. Судьи подчеркнули, что официальное постановление сразу загрузили в информационную систему "Судебный кабинет". Адвокаты Касенова и сам подсудимый имеют туда постоянный цифровой доступ и могли ознакомиться с документом непосредственно после его вынесения в установленном законом порядке.
Суд также повторно вынес жесткое предупреждение: если Амир Касенов под предлогом "истечения сроков" нарушит наложенные на него кадровые ограничения (покинет дом, воспользуется связью без разрешения), судья имеет полное право изменить меру пресечения на реальное содержание под стражей в СИЗО.